Паганель дописывал это последнее слово, но тут его глаза случайно остановились на валявшемся на земле номере «Австралийской и Новозеландской газеты». Газета была сложена, и из ее названия, по-английски, «Australian and New-Zealand Gazette» виднелись только последние пять букв слова New – Zealand. Карандаш Паганеля вдруг остановился: географ, по – видимому, совершенно забыл и о Гленарване, и о его письме, и о том, что ему диктовали.
– Паганель! – окликнул его Гленарван.
– Ах! – воскликнул географ.
– Что с вами? – спросил майор.
– Ничего, ничего, – пробормотал Паганель. Потом он зашептал про себя: – Aland! Aland! Aland!
Он вскочил и схватил газету. Он тряс ее, стараясь удержать слова, рвавшиеся из уст.
Леди Элен, Мери, Роберт, Гленарван с удивлением смотрели на географа, не понимая причины его волнения.
Паганель словно внезапно сошел с ума. Но его нервное возбуждение длилось недолго. Ученый мало-помалу успокоился. Радость, светившаяся в его глазах, угасла. Он сел на прежнее место и сказал спокойно:
– Я к вашим услугам, милорд.
Гленарван снова принялся диктовать письмо. В окончательном виде оно гласило: «Приказываю Тому Остину немедленно выйти в море и вести «Дункан», придерживаясь тридцать седьмой параллели, к восточному побережью Австралии».