– Так, значит, подлецы, которые нас бросили…
– Ах, эти! – сказал Джон Манглс. – Они были совсем пьяны, и я боюсь, что в такую непроглядную ночь они поплатились жизнью за свой низкий поступок.
– Тем хуже для них, – отозвался Паганель, – но тем хуже и для нас, ибо ялик был бы нам очень полезен.
– Что делать, Паганель! – вмешался в разговор Гленарван. – Плот доставит нас на сушу.
– Этого-то мне и хотелось бы избежать, – сказал географ.
– Как, – воскликнул Гленарван, – нас ли, закаленных в странствиях по пампасам, может испугать путешествие в каких – нибудь двадцать миль.
– Друзья мои, – ответил Паганель, – я не сомневаюсь ни в нашей отваге, ни в мужестве наших спутниц. Двадцать миль – это, конечно, сущий пустяк, но не в Новой Зеландии. Надеюсь, вы не заподозрите меня в малодушии – ведь я первый уговаривал вас пересечь Америку, пересечь Австралию. Но тут я еще раз повторяю: лучше все, что угодно, чем путешествие по этой вероломной стране.
– Разве лучше верная гибель на разбитом судне? – возразил Джон Манглс.
– Что же такого страшного для нас в Новой Зеландии? – спросил Гленарван.
– Дикари, – ответил Паганель.