Гленарван молча прижал ее к сердцу. Тогда Мери Грант подошла к Джону Манглсу и сказала:
– Лорд и леди Гленарван согласятся с тем, что если муж может убить свою жену, чтобы избавить ее от позора, то и жених имеет право убить невесту. Джон, в эту последнюю минуту разве не смею я сказать, что в глубине души вы давно называете меня своею невестой? Могу ли я, дорогой Джон, надеяться на вас так же, как леди Элен на лорда Гленарвана?
– Мери! – воскликнул в смятении молодой капитан. – Мери! Дорогая!
Он не успел договорить: циновка поднялась, и пленников повели к Кай-Куму. Женщины были готовы принять смерть. Мужчины скрывали душевные муки под наружным спокойствием, говорившим о сверхчеловеческой силе воли.
Пленники предстали перед новозеландским вождем. Приговор его был короток.
– Ты убил Кара-Тете? – спросил он Гленарвана.
– Убил, – ответил тот.
– Завтра на рассвете ты умрешь.
– Один? – спросил Гленарван. Сердце его забилось.
– О, если б только жизнь нашего Тогонги не была ценнее ваших! – со свирепым сожалением воскликнул Кай-Куму.