– Наблюдайте за дикарями у входа, – снова донесся голос юного Гранта, – и расширьте ход.
Мюльреди, отвлеченный на миг появлением мальчугана, снова вернулся на свой наблюдательный пункт.
– Все в порядке, – сказал он, – бодрствуют только четверо. Остальные спят.
– Смелей! – отозвался Вильсон.
В одну минуту отверстие было расширено, и Роберт из объятий сестры попал в объятия леди Элен. Вокруг пояса у него была закручена длинная веревка из формиума.
– Мальчик, мой мальчик, – шептала леди Элен, – так тебя не убили дикари?
– Не убили. Сам не знаю как, но мне удалось во время общего переполоха ускользнуть от них. Я выбрался из крепости и два дня скрывался в кустах, а по ночам бродил. Мне хотелось увидеть вас. Пока все племя было занято погребением вождя, я осмотрел ту сторону крепости, на которой находится ваша тюрьма, и увидел, что смогу добраться до вас. Я стащил из какой-то пустой хижины этот нож и веревку и стал карабкаться к вам, хватаясь за пучки трав и ветки кустов. К счастью, в скале, на которой стоит эта хижина, оказалось что-то вроде пещеры, и оттуда мне осталось прокопать всего несколько футов рыхлой земли. И вот я с вами!
Два десятка поцелуев послужили безмолвным ответом на слова Роберта.
– Идем! – сказал он решительным тоном.
– А Паганель внизу? – спросил Гленарван.