Долгота островов Кокосовый и Предателей была указана Уоллисом, назвавшим их Боскоэн и Кеппель, на один градус тринадцать минут западнее истинного положения; их также можно отнести к островам Самоа. Лаперуз считает, что туземцы этого архипелага принадлежат к самому красивому из полинезийских племен. Высокие, сильные, хорошо сложенные, они по красоте типа превосходят жителей островов Общества. Наречия, на которых говорят таитяне и жители Самоа, очень похожи. При других обстоятельствах командир высадился бы на этих прекрасных островах, но возмущение моряков еще не улеглось, воспоминания о событиях на Мануа были очень свежи, и Лаперуз опасался, как бы под любым самым пустяковым предлогом не разгорелась кровавая стычка, которая немедленно перешла бы в массовое избиение.
«Каждый виденный нами остров, — рассказывает он, — напоминал о каком-нибудь случае вероломства со стороны туземцев. На островах Отдыха (Эллис), к востоку от Самоа, они напали на моряков Роггевена и побили их камнями; моряки Схоутена подверглись нападению у острова Предателей, лежавшего перед нами и расположенного к югу от островов Мануа, где островитяне так зверски расправились с нашими людьми.
Эти воспоминания заставили нас изменить свое отношение к туземцам. Мы жестоко наказывали за малейшие кражи и провинности; пуская в ход огнестрельное оружие, мы давали им понять, что в бегстве они не могут найти спасения от возмездия; мы не разрешали им подниматься на палубу и угрожали смертью, если они осмелятся нас ослушаться».
Озлобление моряков было очень сильным, и все же надо отдать должное благоразумию командира, сумевшего сдержать порыв мстительности.
От островов Мореплавателей французы взяли курс на острова Тонга (Дружбы), лишь частично исследованные Куком. 27 декабря в этом архипелаге были открыты острова Вавау; английскому мореплавателю на них не удалось побывать. По величине равные Тонгатабу, острова Вавау более возвышенные, и на них имеется достаточно пресной воды. Лаперуз исследовал несколько островов архипелага Тонга и завязывал иногда сношения с жителями, доставлявшими свежую провизию лишь в небольшом количестве, не покрывавшем ежедневный расход. Поэтому 1 января 1788 года он решил направиться в Ботани-Бей, избрав курс, по которому не проходил еще ни один мореплаватель.
Открытый Тасманом остров Пилстарт, являющийся скорее скалой, так как в самом широком месте он не превышает четверти лье, отличается очень крутыми берегами и может служить пристанищем лишь для морских птиц. Вот почему Лаперуз не имел никаких причин там останавливаться, тем более что он спешил добраться до Новой Голландии; но существует фактор, с которым приходится считаться даже в наши дни: это ветер, и Лаперузу пришлось на три дня задержаться у Пилстарта.
Тринадцатого января увидели остров Норфолк и два соседних островка. Командир, одобрив намерение естествоиспытателей ознакомиться с почвой и природными богатствами острова, стал на якорь в одной миле от берега. Но сильный прибой, казалось, делал высадку невозможной, хотя Кук пристал там без всякого труда.
Целый день прошел в тщетных попытках добраться до острова, не принеся никаких результатов для науки. На следующий день Лаперуз поднял паруса. В тот момент, когда фрегаты входили в проход, ведущий в Ботани-Бей, французские моряки заметили английскую эскадру. То были корабли коммодора Филлипа имевшего задание основать Порт-Джексон (ныне Сидней) — зародыш обширной британской колонии на Австралийском материке.
На этом обрывается дневник Лаперуза. Из донесения, написанного им 5 февраля в Ботани-Бей морскому министру, мы знаем, что он намеревался построить там две шлюпки взамен уничтоженных на островах Мануа. Все раненые, в том числе Лаво, главный врач «Астролябии», которому сделали трепанацию черепа, находились тогда в прекрасном состоянии. Командование над «Астролябией» принял де Клонар, а де Монти заменил его на «Буссоли».
В письме, датированном двумя днями позже, сообщались подробности дальнейшего маршрута, намеченного командиром. Лаперуз писал: