Седьмого октября «Урания» вступила в Южное полушарие и 19-го числа того же месяца очутилась в виду островов Дейнджер[612][612] Дейнджер — атолл в группе островов Кука (Северных).. К востоку от архипелага Мореплавателей (Самоа) был открыт островок, не указанный на карте, который назвали островом Роз[613][613] Атолл Роз относится к Восточному Самоа., по имени госпожи Фресине. Кстати сказать, это оказалось единственным открытием за все путешествие. Затем было уточнено местоположение островов Пилстаарт[614][614] Остров Пилстаарт расположен к югу от архипелага Тонга. В настоящее время он называется Ата. и Гоу[615][615] Точнее: остров Лорда Гоу (в архипелаге Санта-Крус). Сейчас этот островок у Южного побережья острова Санта-Крус называется Ндени., и 13 ноября замечены наконец огни, указывавшие вход в Порт-Джексон.

Фресине, конечно, ожидал, что найдет город сильно разросшимся за шестнадцать лет, которые прошли со времени его предыдущего посещения; и все же вид европейского города, процветающего среди почти дикой природы, его глубоко поразил.

Частые поездки по окрестностям воочию убедили французских путешественников в успехах, достигнутых колонией. Прекрасные, тщательно содержавшиеся дороги, окаймленные эвкалиптами, которые Перон называл «гигантами австралийских лесов»; прочно построенные мосты, каменные столбы, указывавшие расстояние, — все говорило о хорошо организованном дорожном хозяйстве. Красивые коттеджи, многочисленные стада быков, старательно обработанные поля свидетельствовали об энергии и настойчивости новых колонистов.

Губернатор Макуори и высшие чиновники страны наперебой старались проявить внимание к французским офицерам, которым пришлось отклонить не одно приглашение, чтобы не пострадала их работа. Под звуки военного оркестра они совершили поездку морем в Параматту — загородный дом губернатора. Многие офицеры посетили также городок Ливерпуль, построенный в прекрасном месте на берегу реки Джорджес, а также поселки Виндзор и Ричмонд, выросшие у реки Хоксбери. В это же время часть высших офицеров корабля приняла участие в охоте на кенгуру и, перевалив через Голубые горы[616][616] Часть горной системы, которая в наши дни называется Водораздельным хребтом., проникла в глубь страны, за поселение Батерст.

Благодаря прекрасным отношениям, установившимся за время двух пребываний Фресине в этих краях, ему удалось собрать множество интересных сведении об австралийской колонии. Поэтому раздел отчета, посвященный Новому Южному Уэльсу иотмечающий поразительные и быстрые успехи колонизации, вызвал большой интерес во Франции, где имели лишь слабое представление о развитии и растущем благоденствии Австралии. В увлекательно написанном отчете Фресине сообщаются новые данные, дающие точное представление о состоянии колонии в 1825 году.

Цепь гор, известных под названием Австралийских Альп, отделяет на некотором расстоянии от побережья Новый Южный Уэльс от внутренних областей Австралийского материка. В течение двадцати пяти лет она являлась препятствием для сообщения с внутренней частью страны, но благодаря губернатору Макуори это препятствие было преодолено. Среди скал проложили извивающуюся многочисленными серпантинами дорогу, которая дала возможность заселить обширные плодородные долины, орошаемые большими реками.

Самые высокие пики этой горной цепи, покрытые снегом и в середине лета, достигают трех тысяч метров.

В то время, когда производилось измерение важнейших пиков — гор Эксмут, Каннингем и других, было обнаружено, что, кроме реки Суон, в Австралии есть еще ряд крупных рек, из числа которых в первую очередь следует назвать Хоксбери, образованную слиянием вод Непина и Гроза, и Брисбен; о существовании Муррея тогда еще не знали[617][617] Первые европейцы добрались до Муррея в ноябре 1824 года. Это были Хамилтон Хьюм и Уильям Ховелл. На географические карты реку нанес Чарлз Старт, прошедший по ней на лодке в 1829-1830 годах..

В ту пору уже приступили к эксплуатации каменноугольных копей, залежей сланцев, железного шпата[618][618] Железный шпат — сидерит, FeCO3, минерал, ценная железная руда., песчаника, известняка, порфиров, яшмы, но еще не было найдено золото — металл, которому предстояло так быстро преобразить жизнь молодой колонии.

Что касается почвы, то на морском побережье она бесплодна и там встречается лишь низкорослый кустарник. Но внутри стран простираются тучные поля, огромные пастбища, лишь местами прерываемые отдельными рощами, или леса, где гигантские деревья, обвитые перепутанной сетью лиан, образуют непроходимые чащи.