Все сомнения отпали, когда граф Лессепс, спутник Лаперуза, высадившийся на Камчатке, признал пушки и резную корму «Бусоли» и когда наконец на одном из серебряных подсвечников различили герб ботаника Колиньона.
Но все последние факты, такие существенные и любопытные, стали известны Дюрвилю лишь значительно позже, а в то время он знал лишь о первом рапорте Диллона.
Случайно, или скорее из боязни, что его могут опередить, английский капитан сделал оплошность, не указав координат Ваникоро и пути, каким он шел туда с Тикопии. Дюрвиль решил, что этот остров, вероятно, принадлежит к группе Санта-Крус, которая была почти неизвестна в то время.
Но, прежде чем последовать за французским мореплавателем, едует на некоторое время остановиться с ним в Хобарте, уже тогда игравшем, по его мнению, весьма важную роль.
«Дома в нем очень разбросаны и обычно имеют только два этажа; но они опрятны и стоят в строгом порядке, что придает им привлекательный вид. Улицы совершенно не замощены, и ходить по ним трудно; на некоторых, впрочем, есть тротуары; постоянно поднимающаяся над улицами пыль очень мучительна для глаз. Губернаторский дворец расположен в прекрасном месте на берегу бухты. В ближайшие годы это здание станет еще более приятным на вид, если молодые деревья, посаженные вокруг него, как следует разрастутся, ибо местные деревья не могут служить украшением».
Время стоянки было использовано для закупки продовольствия, якорей и других недостававших предметов первой необходимости, а также для починки корпуса корабля и многочисленных повреждений его такелажа.
Шестого января 1828 года «Астролябия» снова вышла в море, 20-го была в виду острова Норфолк, шесть дней спустя миновала небольшой вулканический остров Матью, 28-го — остров Эроманга, 8 февраля — островок Митре и на следующий день очутилась перед Тикопией. Это маленький, покрытый зеленью остров окружностью в три-четыре мили, с довольно остроконечной вершиной. Восточный берег островка, по-видимому, недоступен, так как о него все время разбиваются буруны.
Всеобщее нетерпение возрастало и становилось невыносимым как вдруг с корабля увидели приближавшиеся три пироги, в одной из которых находился европеец.
То был немец Бушарт, недавно сопровождавший Диллона на Малликоло. Английский капитан пробыл там около месяца и, как мы уже знаем, действительно нашел остатки экспедиционного имущества, о чем Дюрвилю рассказывали в Хобарте. На острове не было ни одного француза — последний умер за год до прибытия Диллона. Бушарт сначала согласился сопровождать Дюрвиля, но затем передумал и в последний момент отказался остаться на борту «Астролябии».
Ваникоро окружен подводными рифами, между которыми удалось не без риска отыскать проход, приведший «Астролябию» в бухту Осили — ту самую, где побывал Диллон. Что касается места кораблекрушения, то оно находилось на противоположной стороне острова.