«Один мертвец, которого мы сегодня разглядывали, — рассказывает Денгем, — казалось, лежал там совсем недавно. На лице еще держалась борода, и можно было разобрать его черты. Один из купцов нашей кафилы вдруг воскликнул: "Это мой раб! Я его бросил недалеко отсюда месяца четыре тому назад". — "Живей, живей, — заторопил его один веселый работорговец, — волоки его на рынок, не то объявится другой хозяин!"»

При переходе через пустыню останавливаются в оазисах, посреди которых выросли более или менее значительные города. Киши — одно из излюбленных мест, где встречаются караваны. Там надо уплатить за переход по стране. Султан Киши — многие из мелких властителей присваивают себе этот титул — славился своей неопрятностью, и, судя по словам Денгема, его двор был ничуть не лучше.

«Он пришел, — замечает путешественник, — в шатер Бу-Халума, прихватив с собой с полдюжины своих приспешников, из которых многие были на редкость безобразны. Зубы у них темно-желтого цвета, потому что они очень любят не только нюхать табак, но и жевать его. Нос похож на маленький круглый комок мяса, торчащий посередине лица. Ноздри такие широкие, что эти люди могут засовывать в них пальцы на какую угодно глубину. Мои часы, буссоль и музыкальная табакерка не очень их удивили».

Чуть подальше, у гряды холмов, самые высокие из которых не превышали четырехсот футов, путники увидели город Кирби, расположенный в вади[209][209] Вади (или уэды) — сухие долины в пустынях Северной Африки и Аравийского полуострова, периодически, после сильных ливней, наполняющиеся водой., между двух соленых озер, по всей вероятности образовавшихся из ям, где брали глину для построек. Посреди каждого озера возвышается наподобие островка куча поваренной соли, перемешанной с карбонатом натрия. Соль, добываемая в вади, часто встречающихся в этом краю, — важный предмет торговли с Борну и со всем Суданом.

Город Кирби представляет самое плачевное зрелище. В домах совсем пусто, нет даже циновок. Да и как могло быть иначе в городе, постоянно подвергающемся набегам туарегов?

Экспедиция пересекла область, населенную гостеприимным и мирным племенем тибу[210][210] Тибу (тубу, теда) — общее название жителей Центральной Сахары, этнически связанных с племенами Центрального Судана (в отличие от туарегов, родословная которых восходит к берберам). Антропологический тип этих кочевников — эфиопеоидный. Тибу занимаются скотоводством в нагорьях Тибести, Эннеди и в других районах Ливийской и Чадской Сахары. Говорят тибу на наречии, относящемся к нило-сахарской языковой семье., которому караваны платят за переход, потому что тибу заботятся о колодцах и водоемах, служащих этапами пути через пустыню. Живые и деятельные, всегда верхом на своих проворных лошадях, большинство тибу удивительно искусны в метании копья. Иные сильные воины бросают его на расстояние в двести сорок футов. Столица края и резиденция их султана — город Бильма.

«Султан, — говорится в отчете, — вышел навстречу чужеземцам с большой свитой мужчин и женщин. Женщины здесь гораздо красивей, чем в маленьких деревушках, а некоторые даже прехорошенькие. Их белые ровные зубы чудесно контрастировали с черной блестящей кожей и с косами, спадающими треугольником по обе стороны лица, лоснящегося от масла. Коралловые подвески в носу и большие янтарные ожерелья делали их поистине соблазнительными. Чтобы отгонять мух, у одних был "шейше", то есть веер, сплетенный из тонких трав или из конского волоса, у других — просто ветка, у некоторых были опахала из страусовых перьев, у иных — связка ключей, все держали какой-нибудь предмет в руке и на ходу размахивали им над головой. Кусок суданской ткани, закрепленный на левом плече и оставлявший всю правую сторону обнаженной, — вот и вся их одежда. Другим куском, поменьше, они обертывают себе голову, спуская концы на плечи или отбрасывая их назад. Хотя они ходят крайне скудно одетыми, ничто в их виде или в их поведении не кажется нескромным».

В одной миле от Бильмы, за прозрачным источником, который природа, казалось, нарочно создала здесь, чтобы путники могли запастись водой, начинается пустыня. Переход через нее занимает не меньше десяти дней. Когда-то на ее месте несомненно находилось обширное соленое озеро.

Четвертого февраля 1823 года караван вступил в Лари. Город этот расположен на 14°40' северной широты на реке, протекающей в северной части Борну.

Жители, перепуганные шумным караваном, в ужасе бросились бежать.