Однако он чрезвычайно удивился, услышав, что путешественникам не нужны ни рабы, ни лошади, ни серебро и что они рассчитывают только на его любезное позволение посетить страну и собирать цветы и травы.

Город Катагум, по данным Клаппертона, расположен на 12°17'11'' северной широты и приблизительно на 12° восточной долготы[221][221] Катагум — расположен на р. Джемаари; его современные координаты: 12°17' северной широты и 10°20' восточной долготы.. Область, центром которой он являлся, до завоевания феллатами была пограничным краем Борну. Она могла выставить четыре тысячи конников и две тысячи пехотинцев, вооруженных луками, мечами и копьями. Главный предмет торговли, наряду с рабами — зерно и крупный рогатый скот. Самый город укреплен лучше всех городов, какие только англичане видели после Триполи. В крепостных стенах пробиты ворота, запирающиеся на ночь. Город окружен двумя параллельными стенами и тремя сухими рвами. Один ров находится внутри, другой — снаружи, а третий — между стенами, которые достигают двадцати футов в вышину и десяти футов в ширину (у основания). Впрочем, в городе все дома глинобитные и, кроме одной полуразвалившейся мечети, в нем нет больших зданий. Число жителей не превышает, вероятно, семи-восьми тысяч.

Англичане впервые увидели там каури[222][222] Каури — раковины моллюска кипреи (Cyprea moneda), служившие во многих регионах Африканского континента платежным эквивалентом монет., заменявшие деньги. До тех пор обменной единицей служили ткани туземной выработки или какой-нибудь другой товар.

На юг от области Катагум лежит страна Якоба[223][223] Страна Якоба — название этой области в северо-восточной Нигерии образовано от города Якуба, современный Баучи., которую мусульмане знают под названием Муши. Клаппертону рассказали, что эту страну, покрытую известняковыми горами, населяют людоеды. Впрочем, мусульмане, испытывающие непреодолимый страх перед кяфирами, подкрепляли это обвинение лишь тем, что они будто бы видели там висевшие на стенах жилищ человеческие головы, ноги и руки.

В области Якоба берет начало река Йеу[224][224] Впоследствии поочередно называется Дингаия и Комадугу-Гана; поблизости от озера Чад сливается с рекой Комадугу-Иобе., совершенно пересыхающая летом. По уверениям жителей, во время дождей ее воды еженедельно то поднимаются, то опускаются.

«11 января, — пишет Клаппертон, — мы снова пустились в путь, но уже в полдень нам пришлось остановиться в Мурмуре. Доктор был так слаб и истощен, что я не знал, протянет ли он хоть сутки. Со времени нашего отъезда из гор Обарри в Феццане[225][225] Неточность: Убари — название города, а горы называются Амсак-Сеттафед., где его потного продуло сквозняком, он тяжело болел.

12 января на рассвете доктор выпил чашку кофе, и по его желанию я велел вьючить верблюдов. Я помог ему одеться, и он вышел из палатки, опираясь на своего слугу. Но в ту минуту, когда его собирались посадить на верблюда, я заметил, что на его черты уже ложится страшная печать смерти. Я сразу же велел внести его обратно, остался подле него и с печалью, которую не пытаюсь и выразить, смотрел, как он умирал. Он скончался без единой жалобы и, по-видимому, без страданий. Я послал к правителю за разрешением похоронить доктора, которое тотчас же и получил. Я приказал вырыть могилу под мимозой близ городских ворот. Когда по обычаю страны тело было омыто, я велел завернуть его в тюрбанные шали, взятые нами для подарков. Наши слуги перенесли тело, и, прежде чем предать его земле, я прочел заупокойную службу по англиканскому обряду. Затем я распорядился сразу обнести скромную могилу глиняной стенкой для защиты от хищных животных и приказал зарезать двух баранов, а мясо их раздал нищим».

Такова была печальная кончина доктора Аудни, судового врача и ученого-натуралиста. Жестокая болезнь, начавшаяся еще в Англии, помешала ему принести экспедиции ту пользу, на какую рассчитывало правительство. Однако он не щадил себя для дела, уверяя, будто в пути чувствует себя лучше, чем во время остановок. Сознавая, что подорванное здоровье не дает ему возможности работать в полную силу, он старался никогда не быть помехой для своих спутников.

После этой грустной церемонии Клаппертон снова двинулся по направлению к Кано. Главными этапами путешествия были: Дигу — город, стоящий среди возделанной местности, где пасутся многочисленные стада; Катунгуа, находящиеся уже вне пределов Катагума; Зангея (в конце гряды холмов Души) — бывшая раньше довольно значительным городом, если судить по протяженности еще стоявших крепостных стен; Гиркуа, где рынок лучше, чем в Триполи, и Соква, окруженная высоким глиняным валом.

В Кано, или Хана, как его называют Идриси[226][226] Идриси — Абу Абдаллах ибн Мухаммед аль-Идриси (1100 — 1161 или 1165), знаменитый арабский географ и путешественник. Посетил Португалию, Францию, Англию, Испанию и Малую Азию, после чего обосновался в Сицилии, при дворе короля Рожера II. Именно для своего гостеприимного хозяина составил карту известной в то время части света и ее описание — «Развлечения тоскующего о странствии по областям» (законч. в 1154 году). Описание в отрывках переводилось на русский язык. и другие арабские географы, Клаппертон вошел 20 января. Это место скрещения многих путей в государстве хауса.