Но Зетцен не желал примириться с этим ограблением. Он немедленно отправился в Сану, где рассчитывал подать имаму[36][36] Имам — первоначально: предстоятель на молитве, духовный руководитель. Позднее слово стало употребляться для обозначения главы мусульманской общины. жалобу. Это случилось в декабре 1811 года. Несколько дней спустя распространился слух о его внезапной смерти в Таиззе. Вскоре это известие дошло до европейцев, посещавших арабские порты.

Кто был повинен в этой смерти? Имам или разбойники, ограбившие Зетцена? Для нас это теперь не имеет значения. Можно только сожалеть, что оборвались исследования путешественника, так хорошо подготовленного и уже свыкшегося с обычаями и нравами арабов, и досадовать, что большая часть его дневников и наблюдений погибла безвозвратно.

«Зетцен, — подтверждает Вивьен де Сен-Мартен, — был после Лудовико Вартемы[37][37] Вартема Лудовико (встречается также написание Вертема, Бартема и др.) (род. между 1461 и 1477 — умер до июня 1517) — итальянский путешественник, в начале XVI столетия изъездивший все восточное Средиземноморье, посетил также Йемен, Персию, Индию, Цейлон, Сиам и Малайский архипелаг. В Европу вернулся через мыс Доброй Надежды. В 1508 году выпустил описание своих путешествий («Itinerario»), пользовавшееся в то время огромной популярностью. Первым из западноевропейцев проник в Мекку, переодевшись в арабское платье и присоединившись к группе паломников. Книга Вартемы, написанная живым языком и заполненная красочными описаниями народов и их обычаев, не потеряла исторической ценности до сих пор. [1503] первым путешественником, посетившим Мекку, а Медины, освященной могилой Пророка, до Зетцена не видел ни один европеец».

Из этого ясно, насколько ценны отчеты этого беспристрастного, хорошо осведомленного и правдивого путешественника.

Как раз тогда, когда внезапная смерть положила конец деятельности Зетцена, Буркхардт пустился по его следам и подобно ему начал свое долгое и тщательное изучение Аравии с путешествия по Сирии.

«В истории науки, — пишет Вивьен де Сен-Мартен, — редко случается, чтобы два человека, почти равные по своим достоинствам, следовали друг за другом по той же стезе и один из них продолжал дело другого. Действительно, Буркхардт шел во многих отношениях по следам, проложенным Зетценом, и, сопутствуемый в течение долгого времени благоприятными обстоятельствами, помогавшими ему совершать свои многочисленные экспедиции, сумел прибавить многое к открытиям, сделанным его предшественником».

Хотя Иоханн Людвиг Буркхардт родился в Лозанне[38][38] В 1784 году. и не был англичанином, его все-таки надо причислить к английским путешественникам. В самом деле, благодаря своим родственным связям с сэром Джозефом Банксом — естествоиспытателем и спутником Кука, с Гамильтоном — секретарем Африканского общества — и благодаря их дружескому содействию Буркхардт мог осуществить свои поездки с пользой для науки.

Буркхардт был человеком широко образованным. Сперва он занимался в университетах Лейпцига и Геттингена, где слушал лекции Блуменбаха[39][39] Блуменбах Йохан Фридрих (1752 — 1840) — знаменитый немецкий медик, анатом, антрополог и зоолог, профессор Геттингенского университета. Его «Книга сравнительной анатомии» переведена на все европейские языки, а «Учебник естественной истории» («Handbuch der Naturgeschichte») выдержал 12 изданий. Блуменбах был автором классификации человеческих рас, удержавшейся в науке до середины XX века.. Затем продолжал свои занятия в Кембридже и изучал там арабский язык. В 1809 году он отплыл на Восток.

Чтобы подготовиться к тяготам жизни путешественника, он добровольно подолгу постился и обрекал себя на муки жажды. Иногда подушкой ему служила лондонская мостовая, а постелью — пыльная дорога. Но что значили эти мальчишеские попытки тренироваться в сравнении со страданиями, какие приносит с собой научное подвижничество?

Отправляясь из Лондона в Сирию, где он должен был совершенствоваться в арабском языке, Буркхардт намеревался сначала посетить Каир и добраться до Феццана путем, который когда-то проложил Хорнеман. Оказавшись в этой стране, он предоставил бы обстоятельствам подсказать ему наиболее удобную дорогу.