— Бежим! — закричал Пенкроф.
И оба со всех ног побежали к тому месту, откуда доносились крики.
Спешили они не напрасно: когда дорожка, повернув, вывела их на поляну, они увидели, что какой-то дикий зверь, очевидно огромная обезьяна, душит юношу, повалив его на землю.
Пенкроф и Гедеон Спилет с быстротой молнии бросились на чудовище, сбили с ног и, освободив из его лап Герберта, прижали к земле. Моряк был могуч, как Геркулес, журналист тоже отличался немалой силой, и хоть пленник сопротивлялся, его связали так крепко, что он не мог пошевельнуться.
— Ты цел и невредим, Герберт? — спросил Гедеон Спилет.
— Да, да.
— Попробовала бы эта обезьяна растерзать тебя!.. — с угрозой воскликнул Пенкроф.
— Да это не обезьяна! — возразил Герберт.
При этих словах Пенкроф и Гедеон Спилет взглянули на странное существо, лежавшее на земле.
Действительно, то не была обезьяна. Это было человеческое существо, — то был человек! Но какой человек! Дикарь в самом ужасном смысле этого слова, тем более страшный оттого, что дошёл он до последней степени одичания.