Тогда Пенкроф окликнул Наба, задал ему тот же вопрос и получил такой же ответ.
— Эх, проклятье! — не сдержавшись, воскликнул моряк.
Услышав этот возглас, журналист подошёл к Пенкрофу.
— Ни одной спички? — спросил он.
— Ни единой, и, стало быть, нечем разжечь огонь.
— Нечем, — горько повторил Наб. — Будь здесь мой хозяин, уж он бы сумел добыть огонь.
Все четверо застыли на месте, с тревогой глядя друг на друга. Герберт первым прервал тяжёлое молчание:
— Мистер Спилет, вы ведь курильщик и всегда носите при себе спички! Может быть, вы плохо искали? Поищите хорошенько, пожалуйста! Нам достаточно одной спички.
Журналист снова принялся рыться в карманах жилета, брюк, пальто и, наконец, к великой радости Пенкрофа и крайнему своему удивлению, нащупал тоненькую палочку за подкладкой жилета. Он её чувствовал сквозь ткань, он крепко сжимал пальцами спичку, но не мог вытащить. Это, несомненно, была спичка, одна-единственная спичка, и задача состояла в том, чтобы её вытащить, не повредив фосфорной головки.
— Позвольте, я достану? — сказал Герберт.