— Развалиться? Это остров-то Линкольна развалится? Полно вам! — недоверчиво произнёс Пенкроф и при всём своём почтении к Сайресу Смиту пожал плечами.
— Слушайте внимательно, Пенкроф, — продолжал инженер. — Вот что установил капитан Немо и что я сам заметил вчера, осмотрев пещеру Даккара. Пещера идёт под островом вплоть до самого вулкана и отделена от центрального его очага лишь стеной, замыкающей грот. Но вся эта стена испещрена трещинами, и сквозь них уже проникают сернистые газы, образующиеся внутри вулкана.
— И что же? — нахмурившись, спросил Пенкроф.
— А то, что под давлением этих газов трещины увеличиваются. Базальтовая стена раскалывается, и через некоторое время, быть может очень скоро, в трещины хлынет морская вода, заполняющая пещеру.
— Отлично! — произнёс Пенкроф, пытаясь, как всегда, пошутить. — Вода потушит огонь в вулкане, и всё будет кончено!
— Да, всё будет кончено! — сказал Сайрес Смит. — В тот день, когда сквозь брешь в стене море хлынет в центральный очаг вулкана, а оттуда — в глубинные недра острова, где кипят расплавленные породы, в тот день, Пенкроф, остров Линкольна взорвётся, как взорвалась бы Сицилия, если б в Этну хлынуло Средиземное море.
Колонисты ничего не ответили на это категорическое утверждение инженера. Все поняли, какая страшная опасность им угрожает.
И надо сказать, Сайрес Смит нисколько не преувеличивал опасности. Многим уже приходила мысль, что, может быть, удалось бы потушить действующие вулканы, открыв доступ воде в их раскалённые недра, а ведь почти все вулканы высятся на берегах морей или озёр. Но такие фантазёры не знали, что тогда бы часть земного шара взлетела на воздух, словно паровой котёл, в котором вдруг от внезапного перегрева возросло бы давление пара. Устремившись в замкнутую раскалённую среду, температура которой достигает нескольких тысяч градусов, вода мгновенно обратилась бы в пар, и он вырвался бы наружу с такой силой, что сокрушил бы любую оболочку.
Итак, не подлежало сомнению, что острову грозит ужасный конец, что близится час его уничтожения, — всё зависит от того, сколько ещё продержится базальтовая стена в пещере Даккара. Тут уж речь идёт не о месяцах, не о неделях — речь идёт о днях, может быть даже часах!
Первым чувством, охватившим колонистов, была глубокая скорбь. Они не думали об опасности, угрожавшей им, а о неминуемой гибели острова, где они нашли приют, о разрушении того края, который они стремились сделать цветущим и мечтали обратить его в рай земной. Сколько бесполезно затрачено сил! Сколько трудов пойдёт прахом!