Доктор тотчас же сообщил об этом приглашении своим спутникам.
— И ты думаешь отправиться к этому негритянскому царьку? — спросил охотник.
— Конечно. Люди эти мне кажутся настроенными доброжелательно. В воздухе полная тишина, и за «Викторию» нам бояться не приходится.
— Но что же ты там будешь делать?
— Не беспокойся, дорогой Дик, я кое–что понимаю в медицине и уж как–нибудь справлюсь.
Затем, обращаясь к толпе, Фергюссон заявил:
— Луна, сжалившись над владыкой, столь дорогим сынам Уньямвези, велела нам позаботиться о его выздоровлении. Пусть же султан готовится нас встретить.
Восторженные крики и пение возобновились с большей силой, и весь этот муравейник зашевелился.
— А теперь, друзья мои, — сказал Фергюссон, — на всякий случай надо все предусмотреть. Может наступить момент, когда мы будем вынуждены как можно скорее улететь отсюда. Поэтому, Дик, оставайся в корзине и с помощью горелки поддерживай достаточную подъемную силу шара. Якорь держится крепко, и за него бояться нечего. Я сейчас сойду на землю, Джо спустится со мной и останется у лестницы.
— Как, ты отправишься один к этому черномазому? — с беспокойством проговорил Кеннеди.