— Ты только подумай, Дик, — обратился Фергюссон к своему другу, — какое могучее действие оказывает золото даже на лучшего в свете человека. А вообще, сколько страстей, сколько жадности, сколько преступлений мог бы породить такой золотой рудник! Как это печально!
За этот день «Виктория» пролетела девяносто миль к западу. По прямой линии она была теперь на расстояния тысячи четырехсот миль от Занзибара.
ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ЧЕТВЕРТАЯ
Ветер спадает. — Близость пустыни — Недостаток воды. — Ночи на экваторе — Беспокойство Самуэля Фергюссона. — Истинное положение вещей. — Решительные ответы Кеннеди и Джо. — Еще одна ночь
«Виктория», зацепившись якорем за одиноко растущее, почти высохшее дерево, всю ночь простояла совершенно спокойно. Это дало возможность путешественникам хоть немного выспаться, в чем они очень нуждались.
Утром небо снова стало прозрачно–ясным, а солнце Жгучим. «Виктория» поднялась в воздух. После не-
193
скольких тщетных попыток доктору все же удалось напасть на слабое воздушное течение, которое понесло их к северо–западу.
— Мы что–то совсем не подвигаемся вперед, — заметил Фергюссон. — Если я не ошибаюсь, мы сделали половину нашего пути приблизительно в десять дней, а при скорости, с которой мы движемся теперь, нам, чтобы закончить его, пожалуй, потребуются целые месяцы. Это тем более досадно, что нам грозит опасность остаться без воды.
— Ну, мы найдем ее, — отозвался Дик. — Невозможно, чтобы на таком огромном пространстве не встретилось какой–нибудь речонки, ручейка или пруда.