«Виктория» как раз пролетала над опушкой леса, и там аэронавты увидели человек тридцать всадников, одетых в широкие шаровары и развевающиеся по ветру бурнусы. Всадники были вооружены копьями и мушкетами и скакали рысью на своих резвых, горячих лошадях по тому же направлению, по которому двигалась потерявшая свою скорость «Виктория».
Завидев шар, всадники принялись дико кричать и размахивать оружием. Их смуглые лица, казавшиеся еще более свирепыми благодаря жидким всклокоченным бородам, выражали лютую ненависть и жажду разделаться со своими жертвами. И они с большой легкостью неслись по равнине, спускавшейся к реке Сенегал.
— Конечно, это жестокие дикари племени талиба, свирепые сподвижники Эль—Хаджи, — сказал Фергюссон. — Да, признаться, я предпочел бы очутиться в лесу среди хищных зверей, чем попасть в руки этих бандитов.
— Вид у них действительно не особенно мирный, — отозвался Кеннеди, — и притом какие здоровенные детины.
— Хорошо еще, что такие звери не летают, — промолвил Джо. — Это все–таки выигрыш для нас.
— Взгляните–ка, — продолжал Фергюссон, — на эти разоренные поселения, на сожженные хижины, — это ведь все их рук дело. Там, где были возделанные, цветущие поля, теперь полнейшее запустение.
— Ну, им нас не догнать, — заметил Кеннеди, — а если нам еще удастся перелететь через Сенегал, то там уж мы будем в полной безопасности.
— Совершенно верно, Дик, но все это при условии, если мы не станем снижаться, — проговорил доктор, не спуская глаз с барометра.
— А знаешь, Джо, нам с тобой совсем не лишнее иметь наготове ружья, — промолвил Кеннеди.
— Конечно, мистер Дик, это повредить не может, — отозвался Джо. — Как хорошо, что мы их не посеяли в пути!