Кеннеди совершенно остолбенел.
— Если ты послушаешь меня в течение каких–нибудь десяти минут, — спокойно продолжал Фергюссон, — то, поверь, будешь мне благодарен.
— Ты говоришь серьезно?
— Очень серьезно.
— А что, если я откажусь сопровождать тебя?
— Ты не откажешься.
— Но если все же откажусь?
— Тогда я отправлюсь один.
— Ну, сядем, — предложил охотник, — и поговорим спокойно. Раз ты не шутишь, дело стоит того, чтобы его хорошенько обсудить.
— Только если ты ничего не имеешь против, обсудим его за завтраком, дорогой Дик.