— Напротив! Чистейшая теория, опирающаяся на основные законы механики, и я не вижу возможности ее опровергнуть. А потому обращаюсь ко всем слушателям и прошу поставить на голосование вопрос: возможна ли на Луне жизнь, подобная той, которая существует на Земле?
Долго не смолкавшие рукоплескания трехсот тысяч слушателей встретили это предложение. Противник Мишеля Ардана хотел еще говорить, но его никто не слушал. Градом посыпались на него крики и угрозы.
— Довольно! Довольно! — кричали одни.
— Гоните его в шею! — вопили другие.
— Вон! вон! — ревела разъяренная толпа.
Но незнакомец стоял неподвижно — только схватился за перила эстрады — и с вызывающим видом ждал, пока буря утихнет. Неизвестно, чем бы все это кончилось, если бы Мишель Ардан жестом не успокоил расходившиеся страсти.
Он был слишком великодушен, чтобы оставить своего соперника беззащитным перед толпой.
— Быть может, вы желаете сказать еще несколько слов? — обратился он к незнакомцу самым любезным тоном.
— Да! Сто, тысячу слов! — ответил незнакомец запальчиво. — Или нет, только одно! Упорствовать в таком намерении может только человек…
— Неосторожный? Неужели вы считаете меня неосмотрительным, ведь я потребовал от моего друга Барбикена заменить круглую бомбу цилиндро–коническим снарядом, чтобы в пути не вертеться, как белка в колесе?