— Конечно, Мишель, — ответил капитан. — Все эти, кажущиеся тебе каббалистическими, знаки составляют самый простой, самый точный и логичный язык для тех, кто им владеет.
— И ты полагаешь, Николь, — сказал Мишель, — что при помощи таких иероглифов, еще более непонятных, чем египетские «ибисы», ты сможешь найти начальную скорость, которую следовало сообщить снаряду?
— Безусловно, — ответил Николь. — При помощи этой формулы я смогу даже сказать тебе, с какой скоростью летит снаряд в любой точке пространства.
— Честное слово?
— Честное слово.
— Подумать только, ты, значит, ученый не хуже нашего председателя!
— Нет, Мишель. Барбикен сделал как раз самое трудное. Он нашел уравнение, определяющее все условия задачи. Остальное — вопрос арифметики, и требует только знания четырех правил.
— Ну это действительно пустяки! — ответил Мишель Ардан, хотя ни разу в жизни не одолел ни одной задачи на сложение и называл эти упражнения «китайскими головоломками, позволяющими получать бесконечно разнообразные итоги».
Барбикен, однако, уверял, что и Николь, поразмыслив, смог бы самостоятельно найти ту же формулу.
— Не знаю, — возразил Николь, — чем больше я ее изучаю, тем больше она меня восхищает.