— Нисколько. Если ты употребишь усилие, необходимое для прыжка на метр от земли, то на Луне при том же усилии ты подскочишь на восемнадцать футов.
— Стало быть, на Луне мы будем настоящими геркулесами! — вскричал Мишель.
— Да, тем более, — сказал Николь, — что если рост селенитов пропорционален массе их планеты, они будут казаться нам просто карликами, ростом не больше фута.
— Лиллипуты! — обрадовался Мишель. — А я буду разыгрывать роль Гулливера! Мы воплотим в жизнь легенду о великанах. Подумайте только, как выгодно бросить собственную планету и пуститься в странствие по солнечной системе!
— Погоди, Мишель, — остановил его Барбикен. — Если уж тебе непременно хочется быть Гулливером, советую тебе посещать только меньшие планеты нашей системы вроде Меркурия, Венеры или Марса, массы которых меньше массы Земли. Если же ты отважишься отправиться на планеты вроде Юпитера, Сатурна, Урана, Нептуна, роли переменятся: там ты сам будешь лиллипутом.
— А на Солнце?
— Плотность Солнца в четыре раза меньше земной, объем его в миллион триста двадцать четыре тысячи раз больше, а притяжение больше земного в двадцать семь раз. При таких условиях тамошние жители должны быть ростом по крайней мере футов в сто.
— Тысяча чертей! — вскричал Мишель. — Значит, сам я был бы на Солнце пигмеем, букашкой!
— Гулливером у великанов! — подсказал Николь.
— Именно так! — согласился Барбикен.