— А ну-ка покопайся в моём будильнике!
Растерянный, испуганный, секретарь Пушечного клуба вынужден был укрыться в особняке в Нью-Парке, и миссис Эвенджелина Скорбит исчерпала все запасы своей нежности, стараясь его утешить. Но всё было напрасно. Дж. Т. Мастон, по примеру греческой Ниобеи, noluit consolari[56]; ведь действие его пушки оказалось для земного шара не страшнее треска ёлочной хлопушки!
Через две недели мир, избавленный от былых страхов, и думать перестал о проектах Арктической промышленной компании.
И за эти две недели — никаких известий о Барбикене, о капитане Николе! Может быть, они погибли от сотрясения при выстреле, опустошившем страну Вамасаи? Может быть, они поплатились жизнью за эту величайшую мистификацию нашего времени?
Ничуть не бывало!
Сбитые с ног взрывом, они кувырком полетели наземь вместе с султаном, его двором и несколькими тысячами туземцев, но поднялись с земли целые и невредимые.
— Ну что, вышло? — спросил Бали-Бали, потирая себе плечи.
— А вы сомневаетесь?
— Я? Ничуть! Но когда это выяснится?
— Через несколько дней! — ответил Барбикен.