Однако, когда опасность определилась, когда выяснилось, что на земном шаре есть места почти безопасные, кое-где страхи начали униматься. Некоторые области, даже целые государства, стали успокаиваться. И тех, кто не жил в местности, которой грозила непосредственная опасность, мучила лишь смутная тревога, которую каждый испытывает в ожидании ужасного удара.
Тем временем Альсид Пьердэ всё повторял, размахивая руками, как сигнальщик былых времён:
— Но как этому дьяволу Барбикену удалось соорудить пушку в миллион раз больше нашей двадцатисемисантиметровой? Проклятый Мастон! Попадись он мне — уж я бы его повыспросил! Ну, куда же это годится, ведь здесь ни на волос смысла нет! Нас просто-напросто хотят взять на пушку!
Как бы там ни было, а для многих стран единственная надежда избежать страшной катастрофы состояла в неудаче предприятия Барбикена и К°.
ГЛАВА СЕМНАДЦАТАЯ
Что происходило у подножья Килиманджаро в продолжение восьми месяцев этого памятного года
Страна Вамасаи лежит в восточной части Центральной Африки, между занзибарским берегом и областью великих озёр, из которых Виктория-Ньянца и Танганьика являются настоящими внутренними морями. Отрывочные сведения об этой стране сообщили посетившие её англичанин Джонсон, граф Текели и немец — доктор Мейер. Горная страна эта подвластна султану Бали-Бали, её население состоит из тридцати — сорока тысяч негров.
В трёх градусах к югу от экватора высится горная цепь Килиманджаро, вздымающая отдельные свои вершины (между ними — Кибо) на высоту пяти тысяч семисот метров[49]. К югу, северу и западу от этого горного массива лежат плодородные равнины Вамасаи, простирающиеся через область Мозамбика до озера Виктория-Ньянца.
Неподалёку от первых склонов Килиманджаро находится Кисонго — обычная резиденция султана. Эта столица, по правде говоря, похожа просто на большую деревню. Население её — очень даровитое и сообразительное. Под железным игом султана Бали-Бали трудятся и свободные и рабы.
Султан справедливо слывёт одним из выдающихся вождей Центральной Африки, которым до сих пор удаётся избежать английского влияния, или, вернее, английского господства.