— Сто восемьдесят галерей, Барбикен.
— Ну что ж! Мы пробуравили бы их, капитан!
— И понадобилось бы сто восемьдесят снарядов весом в сто восемьдесят тысяч тонн каждый!
— И мы тоже отлили бы их, Николь!
Вот и попробуйте убедить людей такого закала! Уж если эти артиллеристы облетели вокруг Луны, то они способны решительно на всё!
В тот же самый вечер, за несколько часов до срока, назначенного для выстрела, пока Барбикен и Николь занимались взаимными поздравлениями, Альсид Пьердэ в своём кабинете в Балтиморе вдруг яростно завопил, как настоящий краснокожий. Выскочив из-за стола, заваленного листами, исписанными алгебраическими формулами, он закричал:
— Мошенник Мастон! Ах, скотина! Ну заставил он меня посидеть над своей задачей! И как мне это раньше не пришло в голову! Клянусь косинусом! Если бы только знать, где он сейчас, я пригласил бы его поужинать, и мы выпили бы по бокалу шампанского как раз в ту минуту, когда будет палить его всесокрушающая махина!
Альсид Пьердэ испустил ещё несколько диких воплей, словно выиграв партию в вист, и прибавил:
— Нет, старик был не в себе, когда рассчитывал свою килиманджарскую пушку!.. А ведь это — условие sine qua non[50] или sine canon[51], — как говаривали у нас в школе.