Несомненно, ими заложенное и использованное было к этому времени очень велико — особенно если мы примем во внимание многотысячелетний опыт и многотысячелетнюю традицию мореплавания, техники, земледелия, ирригационных работ, военного дела, государственного строя и быта.
Столетия греческая наука работала в непосредственном контакте с халдейской и египетской наукой, с ними сливалась. Хотя возможно, что творческая мысль в египетской науке в это время замерла — этого не было для науки халдейской (§ 42).
Эллинская наука в эпоху своего зарождения непосредственно явилась продолжением усиленной творческой мысли доэллинской науки. Факт констатируется, но еше историей науки не освоен.
«Чудо» эллинской цивилизации — исторический процесс, результаты которого ясны, но ход которого не может быть точно прослежен,— было таким же историческим процессом, как и другие. Оно имело прочную основу в прошлом. Лишь результат его по своим следствиям — темп его достижения — оказался единичным во времени и исключительным по последствиям в ноосфере.
§ 49. Ход научной мысли нашего времени, XX столетия, — по вероятному результату — может привести к еше более грандиозным следствиям, но по своему течению он явно и резко отличается оттого, что происходило в маленькой области Средиземноморья — побережья Малой Азии, островов и полуостровов Греции, Сицилии, Южной Италии и отдельных городов Средиземного, Эгейского, Черного, Азовского морей, куда проникла эллинская культура, причем в это время научная творческая мысль сосредоточивалась главным образом в Малой Азии, Месопотамии и в Южной Италии, тогда греческой по культуре и языку.
Резкое отличие научного движения XX в. от движения, создавшего эллинскую науку, ее научную организацию, заключается, во-первых, в его темпе, во-вторых, в площади15, им захваченной — оно охватило всю планету, [в-третьих], в глубине* затронутых им изменений, в представлениях о научно доступной реальности, наконец, [в-четвертых], в мощности* изменения наукой планеты и открывшихся при этом проспектах будущего.
Эти отличия так велики, что позволяют предвидеть научное движение, размаха которого в биосфере еще не было.
Это движение оправдывает ту геологическую грань, которую Ч. Шухерт и А. Павлов отметили недавно в истории Земли с появлением в ней человеческого разума (§ 15). Ноосфера выступит в ближайшее, историческое по длительности, время еше более резко.
§ 50. Мы можем — редкий случай в истории знания — отмeтить начало современного научного движения так точно и резко, как это не было возможным восстановить нам в прошлом.
По-видимому, это могли в свое время делать сами древние эллины, когда в VI—V столетиях до н. э. писались не дошедшие до нас в подлинниках, в общем потерянные, истории знания, накопившиеся частично в руках исследователей еще в первые века нашей эры.