— Миссъ Клиффордъ, вы удивительно прозорливы! — тономъ глубочайшаго восхищенія произнесъ Густавъ. — Невозможно хотя что либо скрыть отъ васъ! Но такъ какъ вы настолько удачно разгадали меня, то смѣю ли я надѣяться на вашу помощь?
Джесси приняла полный достоинства видъ.
— Я никогда не снисходила до какой либо лжи и ни теперь, ни когда либо вообще не пошла бы на нее, если бы не...
Тутъ она замолкла, и по ея лицу скользнула легкая краска.
— Если бы не было извѣстныхъ плановъ моего брата, — докончилъ за нее Густавъ. — Вы съ нимъ не согласны; это я замѣтилъ уже въ первый день своего прибытія сюда. Но именно поэтому вамъ нечего опасаться за то, что я нахожусь въ сомнѣніи относительно основаній вашей помощи въ этомъ моемъ дѣлѣ. Правда, эти основанія не особенно лестны для меня, но въ данномъ случаѣ чрезвычайно выгодны.
— „Выгодны“! — презрительно подчеркнула Джесси. — Совершенно вѣрно! И именно это только важно для васъ. Вы опасаетесь разрыва съ братомъ, если безъ его согласія остановите на комъ либо свой выборъ, а въ данномъ случаѣ, насколько я знаю его, это какъ разъ и случится, такъ какъ ваша избранница — бѣдная, не имѣющая никакого состоянія сирота. Конечно для васъ выгоднѣе попытаться добиться своей цѣли окольными путями. Конечно было бы мужественнѣе открыто выступить предъ братомъ и, не взирая ни на какую опасность, признаться ему въ своей любви. Но въ подобныхъ вопросахъ мы думаемъ совершенно различно. Извѣстите миссъ Пальмъ, что я жду ее; она можетъ выѣхать изъ Нью-Іорка тотчасъ же по полученіи вашего письма.
— Да это вовсе и не нужно, — спокойно заявилъ Густавъ. — Я уже написалъ ей, она уже ѣдетъ и прибудетъ сюда сегодня послѣ полудня съ курьерскимъ поѣздомъ.
Для Джесси это было уже черезчуръ. Она съ ногъ до головы оглядѣла смѣльчака и воскликнула:
— Такъ, значитъ, это было уже заранѣе рѣшено? Однако вы слишкомъ самоувѣренны, мистеръ Зандовъ!
— Я расчитывалъ на ваше доброе сердце, — возразилъ онъ съ низкимъ поклономъ.