- Чего уставился? Поедешь? Только… - Хейтаро приставил палец ко рту, - никому ни слова.
Оба мальчика всплеснули руками и, взвизгнув, стали носиться по берегу.
* * *
Бакланы помещались в дощатой пристройке дома Си-расу. Окна в ней не было, и свет проникал через узенькую щель в двери. Но сейчас всё равно ничего не было видно - на улице уже стемнело.
Сиро зажёг смоляной факел, и при его свете Дзиро разглядел внутренность каморки.
Здесь были свалены полусгнившие сети, кисти и жестяные банки из-под краски, груда пакли, верёвки; стояла кадушка со смолой, на стенах висели облезшие от времени и солёной воды старые вёсла.
Четыре баклана, нахохлившись, сидели на сломанном фанерном ящике. При появлении мальчиков они завозились и захлопали своими чёрными, чуть заострёнными крыльями.
Только один, который был покрупнее и постарше, не проявил никаких признаков оживления. Он только зажмурил свои светло-зеленые глаза, а потом вновь неподвижно уставился в одну точку.
- Это Ичимару! - с гордостью сказал Сиро, поглаживая старого баклана по шее. - Посмотришь, как он глотает рыбу - словно дракон!
Дзиро с любопытством разглядывал бакланов. Так близко ему никогда не приходилось их видеть. Он встречал их лишь издали, в ивовых зарослях на берегу Одзигавы, где у них были гнездовья. Он осторожно погладил Ичимару. На шее возле зоба птицы он нащупал кольцо из китового уса. Изогнувшись, птица ткнула своим чёрным крючковатым клювом мальчику в ладонь. Ничего в ней не обнаружив, она снова застыла.