- Что тебе, мальчик?
Такао даже вздрогнул от неожиданности. Он так был поглощён разговором крестьянина и продавца, что забыл о цели своего прихода.
- Омамори от детских болезней, господин! - вспомнил Такао и протянул служке деньги.
Он не спеша отошёл от прилавка с зажатым в руке крохотным конвертиком из белой ворсистой бумаги.
Спускаясь вниз по широкой храмовой лестнице, Такао продолжал думать о старике-крестьянине, который вместе со своими односельчанами ищет омамори от войны… Он вспомнил слова Сато, который говорил мальчикам, что если люди не захотят войны - её не будет. «Пусть каждый человек поставит свою подпись против войны! Пусть каждый отстаивает дело мира!»
Неторопливо спустившись с последних ступеней, Такао остановился у ворот. Гладкие деревянные столбы, окрашенные красным лаком, как две большие руки поддерживали в воздухе поперечные брусья, плавно загнутые концы которых словно приготовились к взлёту…
«А что, если людям, проходящим под этими воротами, - подумал Такао, - напомнить об омамори против войны?..» Он даже улыбнулся - так понравилась ему эта мысль.
«Карпы», несомненно, одобрят её.
Деловитый Такао измерил глазами высоту ворот. Лучше всех у них лазит юркий Масато, хотя и Лисичка-Сигеру от него не отстаёт… Но что же они напишут?