Со стороны моря дул тёплый, насыщенный влагой ветер. Он ворошил на полях созревшие рисовые колосья, и они издавали сухой, жёсткий шорох. Прислушиваясь к нему, Такао невольно ускорял шаги, стараясь не отставать от своих друзей.
Что-то скользкое вдруг коснулось голой ноги Такао. Он вздрогнул и подпрыгнул, чуть не сбив с ног Сигеру.
- Смотри, куда ноги ставишь! - прошипел тот.
- Что случилось? - обернулся Масато.
- Такао испугался чего-то, прыгает на людей.
- Наверно, в него оборотень вселился! - рассмеялся Масато. - Или, может быть, боги предупреждают его…
- Тихо! - строго сказал Дзиро.
Сато-сенсей нередко беседовал с «карпами» о богах, оборотнях и прочих вещах, и его ученики знали, что всё это выдумки. Однако чем ближе подходили они к храмовым воротам, тем тревожнее становилось на сердце Такао. При каждом шорохе ему казалось, что кто-то невидимый неотступно следует за ним по пятам. Близость могил напоминала ему некогда слышанные рассказы о привидениях, о душах покойников, летающих над землёй в виде бледно-зелёных шаров, и о прочих страшных вещах.
- А что, если боги существуют? Что они сделают, если мы разукрасим их священные ворота? - шепотом спросил Такао.
- Ерунда всё это! - категорически отрезал Масато. - Богов нет. Сато-сенсей говорил нам об этом.