А однажды со станции подошла к нашей поляне группа молодежи — человек десять, все по-летнему в светлой легкой одежде, крепкие, загорелые. Мы как раз стояли неподалеку от проходной и с любопытством смотрели на них.
— Скажите, — обратилась к нам коротко стриженная девушка с мальчишеским хохолком на макушке, — здесь работает Екатерина Ивановна Артемьева?
— Господи Исусе! — воскликнул Петька, в полной уверенности, что и эти тоже — братья и сестры нашей Екатерины Ивановны.
Петька никогда не отличался набожностью и вообще-то готов был ко всему на свете. Но такая многолюдная семья… это несколько нарушило его душевное равновесие.
Впрочем, тут же выяснилось, что это бывшие ученики Екатерины Ивановны, ее последний школьный выпуск. Теперь некоторые из них учились на рабфаках, другие были уже студенты-третьекурсники, третьи работали на заводе. Екатерина Ивановна совсем потонула в этой пестрой, веселой толпе. Она всех отлично помнила, называла по имени, каждого расспрашивала про родителей, братьев и сестер.
— Вы школу совсем-совсем оставили? — с сожалением воскликнула все та же стриженая девушка, похожая на мальчишку.
Она с первой минуты встречи уцепилась за локоть Екатерины Ивановны и уже не выпускала его.
— Ну, почему же? Здесь у меня всё сразу — и семья и школа.