— Вот чертов сын! Воровать пришел! Воровать явился! — шумят кругом. — Что на него смотреть! Дать по зубам! Чего надумал — где ворует!
— Отпустили тебя по-хорошему, — слышу я рассудительную, неторопливую речь Павлушки Стеклова, — а ты чего?!
— Погодите! — сказал вдруг, наклоняясь к Нарышкину, Алексей Саввич. — Тут что-то липкое — у него нога в крови.
— Да что с ним нянчиться! — с отвращением крикнул Король. — Ну его к чертям в болото!
— Как хочешь, Дмитрий, а ногу ему перевязать надо, — спокойно возразил Алексей Саввич.
Новый вопль возмущения прервал его на полуслове. Никто и слышать не хотел ни о каком снисхождении.
— Ну-ка, Сергей, помоги, — распорядился я. — Бери его подмышки.
Как ни осторожно я взял Нарышкина за ноги, боль, видно, была сильна — он всхлипнул, но тотчас испуганно умолк. Наверно, ему хотелось бы сделаться как можно меньше и незаметнее.
— Не перелом ли?.. — озабоченно подумал вслух Алексей Саввич.