— Ура! — подхватываем мы со смехом.
На глаза мне попадается мальчишески азартное лицо Николая Ивановича. Он тоже кричит, сразу видно — забыл все на свете!
— А теперь ужинать! — провозглашает Суржик.
Он уже охрип, волосы в беспорядке прилипли ко лбу. Новенькие, баня, костер — подумать только, что может выпасть на долю человека за одно дежурство!
— Семен Афанасьевич, — шепчет он мне по дороге в столовую, — а башмаки у них почти у всех целые, в распределителе дали. Зачем губить добро? Я сказал Алексей Саввичу, он поглядел и говорит — можно оставить старые. Только этому сменили, Кузьменке, потом еще этому… Малявкину, детина такой, у него совсем были худые, и еще одному, черному…
Кто-то дергает меня за рукав. Оборачиваюсь — а, вот он и есть — черный!
— Ну, ничего не скажешь — здорово! — говорит Лира, захлебываясь от полноты чувств. Весь расплывается в улыбке и, не в силах найти другие слова, повторяет: — Здорово, ничего не скажешь!
54
Биография Анатолия Лиры
У Анатолия Лиры оказалась занятная биография. Впервые он попал в детский дом на восьмом году жизни и с тех пор — за четыре года — побывал в десяти домах: в Архангельске, Красноярске, Минске, Свердловске, Пскове, Тюмени, еще где-то…