— Пишите… Обязательно пишите, Семен Афанасьевич… Мы приедем к вам… И вы приезжайте… Эх, как вышло!
Я вернулся к себе после часу и тогда только подумал: а откуда же они знали? Откуда? Да разве от них что-нибудь скроешь!
Я знал, что все равно нипочем не усну. Походил по комнате. Стало тесно, вышел на воздух. Теперь окна были темные. Эх, если бы Антон Семенович увидел моих ребят! Что бы он сказал? Похвалил бы меня? Нет. Конечно, нет. Помню, когда в давно прошедшие времена, на заре колонии имени Горького, я устроил набег на бахчу, он сказал сурово:
«Предлагаю отстранить Карабанова от командования отрядом. Позор нам, если у нас такие командиры!»
А когда на селе вспыхнул пожар и я из горящей хаты вытащил больного старика, Антон Семенович сказал, пристально глядя мне в глаза:
«Так должен поступать каждый».
Вот и сейчас он скааал бы:
«Так должен работать каждый».
Да, я буду работать. Еще лучше, еще злее.
И в этот час мне вспомнился канун моего отъезда из коммуны имени Дзержинского, полтора года назад.