Она называет всех детей подряд, но мы уже смотрим только на широкоплечего голубоглазого мальчугана, который, в свою очередь, внимательно разглядывает нас.
– Правильно! – жарким шёпотом сообщает мне Воробейко. – Над губой пятнышко, видите? Я бы его сразу узнал, он совсем такой, как на карточке.
До чего же любопытно видеть моих ребят в этой новой обстановке! Толя Горюнов смущённо поглядывает на крохотную девочку, которая ходит за ним по пятам и время от времени окликает его: «Мальчик, а мальчик!»
– Чего тебе! – решается он наконец.
– А я умею писать букву «у»!
Толя растерян, он не знает, что полагается отвечать в подобных случаях. Зато Кира Глазков, который растёт среди множества братьев и сестёр, Селиванов и Савенков, у которых дома младшие сестрёнки, Лёша, который сам растит своих братьев, и ещё многие чувствуют себя с малышами превосходно. Дима, Саша Гай, оба Воробейко и Боря Левин не спускают глаз с Вовы. Они придвигаются к нему, и я слышу, как завязывается разговор:
Дима: Тебе тут хорошо?
Вова: Хорошо.
Боря: А если придётся уехать?
Вова (недоумевающе): А зачем мне уезжать?