— Наша мать была портнихой. А мать отца была прачкой…
— Тише, ради бога. Нас могут услышать!
— Я не стыжусь того…
— А я стыжусь! Ох, Петро, не будь таким ужасным, именно теперь, когда я действительно нуждаюсь, чтобы ты был милым. И ты умеешь быть милым, очень милым. Пожалуйста, не вспоминай о прошлом нашей семьи. Это ужасно, это — пятно на нас. Мы должны попытаться стереть его, и мы это можем сделать, при помощи наших денег. Нам выпадает благоприятный случай. Тем более мы должны остерегаться связываться со всякого рода народом…
— Эта девушка — лэди.
Эна вышла из себя. «Они все таковы», — проворчала она. — Вероятно, она дочь священника и ее родители умерли, — продолжала она.
— Да, ее мать умерла, — подтвердил Питер.
— Ну, конечно. В чем же нужно помочь девушке? Разве Надин не платит ей жалованья?
— Она договорилась работать у Надин только на время переезда на пароходе.
— О, так говорят девушки всего мира, приезжающие в бедный маленький старый Нью-Йорк.