Разбитые физически и духовно, мы приготовили свой ужин и легли спать.
На другое утро я разбудил Жака и сказал:
— Жак! А ведь Сантъяго, пожалуй, побоится показаться на реке Напо без нас в нашей лодке. К тому же в Архидоне существует власть, в распоряжении которой находится полиция из туземцев. Украсть у белого лодку считается так же плохо, как украсть лошадь в Соединенных Штатах. На всякий случай нам не мешало бы спуститься по реке на некоторое расстояние и поискать, не спрятана ли лодка где на берегу.
Я не ошибся. Через два часа мы нашли ее.
— Ну, теперь мы можем вновь двинуться вверх по реке! — воскликнул я.
Мысль разыскать инфилес не оставляла нас. Но мы были одни и не могли так быстро подвигаться вперед, как это было с индейцами. Индейцы были мастера своего дела. Но мало-помалу мы начали привыкать к своей новой роли — гребцов, и стали делать в день по 16 километров.
Прошел месяц. За это время мы отлично научились править лодкой. Два раза на нашем пути мы встретили мосты, перекинутые через реку. Они состояли из свешивающихся больших ветвей, связанных лианами. Это было грубое, но надежное сооружение для перехода через реку при высокой воде. Иногда нам попадались следы от человеческих ног, но никогда мы не видали признаков какого-либо жилья.
Однако следы и мосты говорили о том, что здесь пребывает племя инфилес. Мы были уверены, что встретим индейцев выше по реке, и мы спешили подвигаться вперед. Но передвижение на лодке становилось все труднее и труднее. Наклон реки становился все круче круче.
Однажды, мы по обыкновению укрепили наш бот на ночь к свешивающимся ветвям. Сварив ужин и устроив шалаши, мы перенесли в бот все наши припасы, инструменты и ружья и накрыли их пальмовыми листьями. Такая покрышка предохраняла вещи от сырости. После тяжелого трудового дня мы крепко заснули.
В то время как мы спали, вода в реке падала час за часом. Канаты, на которых висела лодка, натягивались все туже и туже. Под влиянием тяжести припасы скатились на один конец лодки, лодка приняла отвесное положение. И вот в ранний утренний час все наше имущество покатилось воду.