За завтраком разговор вертелся вокруг путешествия. Отдохнувшие люди подтрунивали над своим положением.
– Ничего страшного в нашем положении нет, – уверенно рубил профессор. – Бывали люди и раньше в этих широтах. И ничего – возвращались благополучно.
– Кого вы имеете в виду, профессор? – спросила Аня.
– Первым пробившимся в эти широты был Нансен. Бросив в конце февраля 1895 года своё затёртое льдами судно "Фрам", он вместе с Иогансеном пошёл на полюс. Ему удалось достичь восемьдесят пятого градуса четырнадцатой минуты северной широты. Убедившись, что дойти до полюса ему не удастся, Нансен повернул на юг. Он прошёл пешком более пятисот километров и достиг острова Джексона, самого северного острова в архипелаге Земли Франца-Иосифа.
– Значит, он прошёл расстояние большее, чем предстоит пройти нам?
– Да, большее… Но здесь путешествовал не только Нансен. Один из участников экспедиции герцога Абруцкого, итальянец Умберто Каньи, прошёл ещё дальше на север. С группой в десять человек он вышел из бухты Тихая, имея сто собак и тринадцать нарт. Они потратили на своё путешествие не один месяц, зато достигли восемьдесят шестого градуса тридцать четвёртой минуты северной широты, пройдя в обе стороны более тысячи километров. Это произошло в 1901 году. Через шесть лет, в 1907 году, и этот рекорд был побит американцем Робертом Пири, достигшим восемьдесят седьмого градуса северной широты. Упорный американец, после неоднократных попыток, потратив на это двадцать три года, всё же достиг полюса…
– Раз они доходили, значит и мы дойдём! – весело резюмировала Аня, оглядывая всех, как бы призывая их в свидетели своей уверенности.
– Ты-то дойдёшь, – со вздохом сказал молчавший до сих пор Грохотов. – А другие как? Нет, товарищи, мы совершили непростительную глупость. Нам следовало сразу же потребовать от Бесфамильного, чтобы он перевёз нас в Тихую. Чорт с ним, с полюсом: человек важнее!..
– Это не ты ли человек-то? – зло перебила Аня. – Слякоть ты, а не человек!
– Перестаньте, Бирюкова, надоело, право. Вы вечно ругаетесь, – заметил Блинов.