В репродуктор послышался голос:
– Тихая, Тихая… Говорит "Г-1". Как нас слышно? Находимся в районе полюса. Сели благополучно. Солнце закрыто облаками. При первой возможности приступим к астрономическому определению местонахождения самолёта.
– Поздравляю, – немедленно ответил Беляйкин. – Начинайте изучать открытую вами землю. Я вас пеленгирую. Буду вызывать каждый час…
***
Высадившиеся на неизвестном острове "блиновцы" начали налаживать свое "хозяйство". Легко раненый во время аварии "П-6" бортмеханик Коршунов взялся за лёгкую работу – приготовление обеда. Курочкин налаживал наземную рацию. Остальные принялись выгружать научные приборы. Работали быстро, но сгоравшему от нетерпения профессору Сутырину казалось, что люди едва двигаются. Он страшно торопился, словно опасаясь, что ему не дадут здесь поработать.
– Спокойнее, профессор, – улыбаясь, говорил Блинов. – В нашем распоряжении месяц. Вам хватит времени…
После удачной посадки на полюсе к командиру звена вернулось его обычное расположение духа. Посмеиваясь, он с видом победителя прохаживался около суетящихся людей, время от времени отдавая какое-нибудь распоряжение или отпуская шутку.
Откуда-то взявшийся ветер безжалостно рвал и разгонял тучи. Скоро выглянуло солнце. Штурман Курочкин бросился к приборам. Ему хотелось как можно скорее убедиться, что самолёт находится если не на самом полюсе, то по крайней мере в нескольких километрах от него.
– Что за чорт? – вдруг выругался он, нервно перечёркивая свои вычисления.
– Арифметику позабыл? Всяко бывает на полюсе, – с улыбкой обратился к нему Блинов. – Давай, я тебе помогу.