Машина остановилась. Поспешно отрулив в сторону, уступаю дорогу Молокову, Мазуруку и Алексееву.
…Крепко спали мы в ту ночь. А наутро нас ожидала неприятная новость: снег размок, потекло с крыш.
– Где же Арктика?-спрашивал нас Спирин.-Меня все пугали арктическим холодом; я со страху оделся так, что и шестидесятиградусный мороз не проберет, а на улице дождь. Что же мне теперь делать?
– Погоди немножко. Это еще только ворота в Арктику. Вот минуем «заставу», тогда намерзнешься, - утешал его Бабушкин.
На третий день мы получили лыжи. Началась горячка. Все работали до поздней ночи.
…Машины на лыжах, моторы еще раз осмотрены, баки наполнены бензином.
– Борис Львович, - обращаюсь я к Дзердзеевскому, – когда можно вылетать?
– Самое меньшее еще три дня продержится плохая погода, - спокойно отвечает синоптик.
– Не верю вашим сводкам. Врут они. Завтра мы улетим.
– Странное у вас представление о сводках, - обиделся Дзердзеевский.-Да и как может быть завтра хорошая погода, когда с юга идут тучи?