Как и в прошлом году, вспоминая о том, что эта экспедиция закончилась полным крахом, я думал:
«На золоченых лыжах не завоевать полюса. Когда людьми руководит одно тщеславие, когда нет тесно сплоченного коллектива, даже самому лучшему снаряжению грош цена».
…По вечерам мы разрабатывали план высадки экспедиции в районе полюса. Решено лететь на четырех больших кораблях. Первым сядет флагман, а затем остальные. До вылета нашей флотилии Головин должен произвести разведку. Достигнув восемьдесят пятого – восемьдесят шестого градуса северной широты, он выяснит погоду по маршруту и характер льда.
Дзердзеевский ежедневно собирает сведения о погоде почти со всех концов северного полушария и составляет синоптическую карту. Когда же позволяет погода, он поднимается на маленьком самолете до высоты более трех тысяч метров и изучает характер облаков. Это дает возможность увидеть, где начинается и где кончается циклон, уже занесенный на карту на основании сводок.
Предсказаниям синоптика веришь, хотя часто хочется думать, что он ошибается.
Видишь иной раз ясное небо, рвешься в полет, а Борис Львович говорит:
– Нельзя. Через три-четыре часа погода испортится. Со стороны Гренландии идет мощный циклон.
Мы начинаем бунтовать:
– На Рудольфе хорошая погода, а что на полюсе – никто не знает, там нет метеорологической станции.
Наш пыл охлаждает Отто Юльевич.