– Где?
– Да там… В крыле.
– В крыле? Ничего не случилось, - невозмутимо пожимая плечами, ответил Флегонт.
– А может все-таки скажешь?-продолжал Папанин, заглядывая в ясные глаза Бассейна.
Но он ничего не прочел в них, кроме безмятежного покоя и легкого удивления.
Я вел машину сквозь облака. Приборы поглощали все мое внимание. Изредка я прислушивался к ровной песне моторов. Ни один самый легкий диссонанс не нарушал мощной гармонии. Все четыре мотора работали безупречно.
«А что, если левый средний все-таки выйдет из строя? Неужели мы будем вынуждены опуститься?» В это не хотелось верить. Усилием воли я подавил нахлынувшую тревогу.
«Скорее бы кончились облака, тогда, на худой конец, легче будет найти удобную для посадки льдину».
Ко мне подошел Спирин. Он осмотрел все приборы, уточнил курс.
Я молча сидел у штурвала. Как-то подозрительно осмотревшись, Спирин наклонился ко мне: