Экипаж «Рабеа», очень небольшого судна, всего в тридцать пять тонн вместимостью, состоял из шести человек матросов — четырех малайцев из Манилы, одного негра и одного туземца с островов Ниниго.
Подойдя на утро следующего дня к селению Пуби на южном берегу большого острова, где в 1876 году был оставлен Пальди, капитан кутера послал на берег за водой шлюпку с тремя матросами. Двое туземцев островов Адмиралтейства отправились с ними, чтобы указать ближайшую речку или ручей. В это время кутер окружило от сорока до пятидесяти пирог; на некоторых пирогах было более сорока туземцев. Многие из них забрались на палубу кутера, но Пальди все не появлялся. О’Хара вздумал написать ему и отдал записку одному из туземцев для передачи Пальди.
Туземец, к которому он обратился, казалось, хорошо понял, чего от него желают, взял бумагу, свернул ее, вложил в отверстие сильно оттянутой мочки уха и, не говоря ни слова, направился в свою пирогу, которая сейчас же отошла от кутера, но недалеко. Туземец, с запиской в ухе, обратился к своим землякам с короткой речью, после которой все туземцы поспешно очистили палубу кутера. Людям на кутере нетрудно было понять, что произойдет дальше. Пользуясь временем, пока туземцы перелезали в свои пироги, они стали готовиться к самозащите. Кроме капитана, на кутере оставались только три матроса да два трэдора. Итак, этим шестерым пришлось вступить в борьбу с несколькими сотнями туземцев.
Никто, разумеется, не остался на палубе. Капитан кутера, замечательный стрелок, решил отстреливаться один, предоставив остальным заряжать ружья.
Первое копье брошено было человеком с запиской от ОХара, который, казалось, распоряжался атакой; за ним последовал град копий, направленных в полуоткрытые двери и маленькие окна кутера. Вооруженный отборным скорострельным оружием, капитан принялся за свое смертоносное дело. Хорошо целясь, он стрелял почти без промаха. Первым со стороны туземцев был убит человек с запиской. Несмотря на меткость выстрелов, туземцы с замечательнейшей храбростью яростно продолжали нападение. Они буквально осыпали копьями маленький кутер. Капитан, выставивший неосторожно руку, был тотчас ранен, что, однако, не помешало ему, перевязав наскоро рану платком, продолжать стрельбу по туземцам.
Пейзаж на островах Туамоту.
При каждом выстреле один из папуасов валился мертвым или раненым. Туземцы, кажется, не отдавали себе полного отчета в действии ружей. Один туземец, например, бросив копье, поднял лежавшую у его ног цыновку, как бы желая укрыться от пули, которая не долго заставила себя ждать, свалив несчастного мертвым за борт. Капитан кутера полагал, что число убитых или раненых им в тот день было не менее пятидесяти человек.
Через полчаса боя туземцы прекратили метание копий и двинулись по направлению к берегу. Как раз в это время шлюпка с водой находилась на пути к кутеру; нужно было прикрыть ее возвращение. Две пироги отделились было от флотилии, пытаясь отрезать шлюпку, но несколько метких выстрелов заставили оставить ее в покое.
После стычки с туземцами о торговле, разумеется, нельзя было и думать. Поэтому капитан кутера решил отправиться дальше.