Однажды, когда у нас только что кончился какой-то урок и мы уже направились к двери, чтобы выйти из класса, к нам навстречу вбежал среднего роста, худощавый брюнет. Не обращая внимания на наши реверансы, он размахивал своей шляпой и выкрикивал:
— Ведь вы же здесь специально изучаете правила поведения. А не знаете, что портить чужую вещь духами или другой дрянью — неделикатно… Не каждый выносит эти пошлости. Наконец… почем вы знаете… может быть, я настолько беден, что не могу купить другой шляпы… Да куда вам думать о бедности? Не правда ли? Ведь это fi donc, унизительно.
Он махнул еще раз своей шляпой и выбежал из класса.
Мы были так ошеломлены, что даже не двинулись с места.
— Это и есть новый инжектор? — спрашивали мы в изумлении друг друга.
Не успел появиться — и уже осмеливается орать на нас, взрослых девушек, как на базарных мужиков!
— Наконец, даже не мы это сделали! Вероятно, кто-нибудь из другого отделения.
— А если бы и мы? _Неужели это такое преступление — облить шляпу духами? Мы всегда так делали, и порядочные мужчины были только польщены этим.
— Какой-то невоспитанный, некомильфотный!..
— И как неприличны эти разговоры о бедности! Так рассуждали мы, стоя посреди класса, пока не раздался звонок, призывавший нас на урок немецкого языка.