– Я так и знал, – сказал Феникс.
– Тем лучше. Я хотел сказать вам, что если вы случайно подслушали или увидели, как я сегодня передал медальон, то не имели права пользоваться этим, чтобы смущать девушку.
При этих более чем определенных словах Феникс даже с любопытством поглядел на Бессменного.
– Почему же вы думаете, что я подслушал или подглядел? – спросил он.
– Потому что иначе вы не могли узнать. В сверхъестественное я не верю, а иным, естественным, путем вы не могли узнать, как только подглядеть.
– В сверхъестественное я тоже не верю, – сказал Феникс, – но почему вы думаете, что знать что-нибудь можно, только увидев или услышав?
– Потому что другого способа я не знаю.
– Но это еще не значит, что его нет.
– Для меня его нет, если я его не знаю.
– Вот это другое дело. А для меня он есть, потому что я его знаю.