Бессменный больше не колебался. Ему хотелось получить хоть какое-нибудь объяснение загадок и странностей, на которые он стал натыкаться со вчерашнего дня. Положим, в доме Елагина, посвященного масона и члена разных тайных и явных мистических обществ, он видел много из ряда вон выходящего, но все это казалось пустяками сравнительно с тем, чему пришлось быть ему свидетелем вчера и сегодня. И он поручил елагинскому конюху, чтобы тот привел его лошадь домой, а сам не заставил индуса повторять приглашение и сел в карету.
Кутра-Рари как будто остался доволен таким его решением и, сев с ним рядом, заговорил:
– Вот видите, князь, вы, я знаю, не верите и не хотите верить ничему, что переходит границы вашего знания.
– Скажите вернее: понимания, – поправил князь.
– Ну, хорошо, понимания, я не хотел произносить это слово! Но неужели вы думаете, что раз вы что-нибудь не знаете или не понимаете, то этого не существует?
– Нет, я этого не думаю, но, как хотите, не могу верить ни во что сверхъестественное.
– И не верьте. Сверхъестественного, конечно, ничего не может существовать, так как если только оно существует, то уже не будет сверхъестественным.
– Позвольте, – остановил Бессменный индуса, – вот например, вчера граф Феникс, а сегодня вы показали мне, что вам известно то, что со мною было и что говорил я в тех или других обстоятельствах. Как вы могли узнать это? Или вам рассказал кто-нибудь, кто видел и слышал, или сами вы видели. Это – естественный путь, всякий же другой – сверхъестественный, и я ему не верю.
– Но вчера вас в карете никто ни подглядеть, ни подслушать не мог, – проговорил Кутра-Рари.
– Тогда вам рассказал граф Феникс.