Нельзя сказать, чтобы все были одинаково рады ему, но его знали все и встречали улыбкой, не лишенной полунасмешливого снисхождения.
— Ах, моя радость! — раскинул он обе руки перед Проворовым, встретясь с ним.
— Здравствуйте, — поспешно ответил тот на ходу, — простите, я тороплюсь к даме, чтобы танцевать.
— Танцуйте, моя радость, танцуйте!
Найдя Сергея Александровича, Тротото не выпускал уже его с глаз. Он тщательно следил, с кем Проворов танцует и нет ли в зале кого-нибудь, кому он отдал предпочтение. Но, по правде сказать, все танцевавшие женщины и девушки были красивы и молоды одинаково, и Проворов веселился среди них беззаботно и без всякой предвзятой мысли, и танцевал не по выбору, а просто с той дамой, которую ему приходилось случайно приглашать. Тротото никаких выводов и наблюдений сделать не мог.
III
При разъезде по окончании бала на лестнице Тротото опять поймал Проворова и спросил:
— Радость моя, вы что теперь делаете?
— Да вот жду Сидоренко. Мы остановились с ним на одной квартире, так вместе и поедем.
— Ах, моя радость, я спрашиваю, куда вы едете после бала?