— Опять глупость! — вырвалось у доктора, который, казалось, разгневался на этот раз.
— Но почему же глупость? Это средство давно испытано, и не было примера, чтобы оно не подействовало. Когда человек хочет кушать и в особенности пить, тогда он сделает все, что угодно, лишь бы ему дали кусок хлеба и глоток воды.
— Это глупо! — повторил доктор Герман, — потому что опять основано на расчете чисто телесного, физического свойства. Когда вы поймете, что физическая пытка действительна только против людей с таким складом, как у вас, то есть грубо животным.
— Но, моя радость, мастер, вы ошибаетесь! Я очень деликатного склада.
— И все-таки вся ваша деликатность сводится к чисто животной чувственности. Ваш план нелеп, потому что, во-первых, Проворов не сдастся так легко живым вашим контрабандистам, а во-вторых, нет вероятия, что вы добьетесь от него чего-нибудь физической пыткой, если не добились ничего при помощи пытки нравственной, которую вы ему устроили соблазнительным танцем.
Тротото задумался и после продолжительного молчания развел руками.
— Но в таком случае что же делать? Я уж совершенно не знаю.
Доктор Герман, ходивший в это время по комнате, наконец повернулся к своему собеседнику.
— Надо, — сказал он, — изучить и узнать человека и обстоятельства, относительно которых приходится действовать. Знаете вы Проворова? Изучили вы его характер, привычки?
— Нет, я только бегло знаком с ним и изучать не имел времени.