— Господин полковник, — спокойно ответил Чигиринский, — по воинскому артикулу я должен салютовать при встрече только генералу, полковнику же салют полагается только в строю.
Вслед за тем Чигиринский взял под руку Проворова и, ясно показывая, что не желает задерживаться с Зубовым, пошел дальше, как будто ничего особенного не случилось.
Когда Зубов чуть не бегом вернулся во дворец, в свои комнаты, с ним сделалась истерика.
Чигиринский же с Проворовым продолжали свой путь, и им после встречи с Зубовым стало еще веселее.
— А знаешь что? Ведь он нам теперь будет непременно мстить за это, — сказал Проворов.
— Почему же «нам»? — ответил вопросом Чигиринский. — Ведь сию полную остроумной резвости беседу вел с ним я один. За что же обрушит он гнев свой на тебя купно со мною?
— За то, что я тут присутствовал и явно держал твою сторону.
— А ты боишься?
— Чего это?
— А вот что этот сударь будет мстить нам?