Екатерина Николаевна показывала в это время Анне Петровне бальное платье, которым она была довольна.
– Мне кажется, слишком уж открыто, – стыдливо заметила Анна, взглядывая на Оплаксину.
– Платье по последней моде, – не обращая внимания на падчерицу, возразила Лопухина, – не правда ли, хорошо?
– Очень, – похвалила Оплаксина, – но, может быть, и правда – слишком открыто.
– Это-то и нужно, – заявила Екатерина Николаевна.
– Ну, тогда, конечно, – согласилась Анна Петровна, хотя и не поняла, зачем было нужно, чтобы платье было очень открыто.
– Так вот, накидку переделайте, – обратилась Лопухина к портнихе, – а остальное оставьте.
Француженка вскинула плечами и унесла накидку, ничего не сказав и не простившись.
– Хорошо шьет, но характер – ужасный! – проговорила ей вслед Екатерина Николаевна и стала снова перебирать принесенные наряды, любуясь ими.
По совершенно особым обстоятельствам ей необходимо было, чтобы падчерица явилась на балу, который был назначен во дворце в первый же день приезда государя, лучше всех. Потому она не пожалела денег и заказала такое платье для Анны, что действительно можно было ахнуть.