Оказалось, что это — Баптист, камердинер графа, который с медлительной важностью показал рукой Варгину, чтобы тот следовал за ним, и повел его, показывая дорогу, проговорив по-французски что-то довольно длинное, чего Варгин не понял.
Варгин почувствовал себя словно участником какой-то торжественной процессии, когда следовал по коридору за стариком.
Тот подвел его к совершенно такой же, как и все другие выходившие в коридор двери, только с написанными на них различными цифрами номеров, но отворил эту дверь, как будто она была совсем особенная, и, отворив, не впустил еще сразу Варгина, а вошел сначала сам, доложил и тогда уже распахнул дверь перед художником.
LII
Граф с отличною вежливостью поднялся навстречу Варгину, приветливо улыбнулся ему и заговорил, часто сыпля словами, должно быть, что-то любезное.
Варгин, чтобы, со своей стороны, выразить возможную учтивость, ухмыльнулся и сказал:
— Вот именно!
— Вы говорите по-французски? — спросил на своем языке граф, показывая Варгину на стул против себя.
— Вот именно! — повторил тот и, полагая, что в словах графа было приглашение сесть, опустился на стул и добавил:
— Благодарю вас!