— Ваша дочь? — удивился Крохин. — Каким образом ваша дочь может находиться здесь?
— Я сам этого не знаю, каким образом, но женевец, доктор Герье, указал мне, что в этом доме, здесь, у вас, живет молодая девушка, похожая еще до сих пор на этот портрет, сделанный с нее около восьми лет тому назад, — и, говоря это, граф достал из кармана миниатюру и показал ее Крохину.
— Да, это, несомненно, она! — протянул тот, рассматривая портрет.
— Она? — подхватил граф. — Вы сказали «она»? Значит, вы знаете ее? Значит, она здесь?.. Так, ради Бога, скорее позовите ее, я горю нетерпением обнять мое дитя!
Граф был истый, природный француз и поэтому не мог обойтись без высокопарной фразы.
— Да, но, к сожалению, — сказал Крохин, — я не могу исполнить вашу просьбу…
— Но почему же? — воскликнул граф, не давая тому договорить.
— Потому, — продолжал Иван Иванович, — что ее нет здесь.
— Как нет? — вдруг упавшим голосом проговорил граф, и Крохин видел, как побледнел он.
— Она уехала! — пояснил Крохин. — И ее здесь нет.